ORATOR.RUКурсы ораторского искусстваЦицерон
телефоны






АФОРИЗМЫ

Омар Хайям
(персидский поэт, философ, математик и астроном)
(1048-1123)

РУБАИ

1. Много лет размышлял я над жизнью земной.
Непонятного нет для меня под Луной.
Мне известно, что мне ничего не известно! –
Вот последняя правда, открытая мной.

2. Я – школяр в этом лучшем из лучших миров.
Труд мой тяжек: учитель уж больно суров!
До седин я у жизни хожу в подмастерьях,
Всё еще не зачислен в разряд мастеров...

3. Круг небес ослепляет нас блеском своим. 
Ни конца, ни начала его мы не зрим. 
Этот круг недоступен для логики нашей, 
Меркой разума нашего не измерим.

4. Всё, что видим мы, – видимость только одна. 
Далеко от поверхности мира до дна. 
Полагай несущественным явное в мире, 
Ибо тайная сущность вещей – не видна.

5. Жизнь уходит из рук, надвигается мгла,
Смерть терзает сердца и кромсает тела,
Возвратившихся нет из загробного мира,
У кого бы мне справится: как там дела?

6. Океан, состоящий из капель, велик.
Из песчинок слагается материк.
Твой приход и уход – не имеют значенья,
Просто муха в окно залетела на миг...

7. До рождения ты не нуждался ни в чем,
А родившись, нуждаться во всем обречен.
Только сбросивши гнет ненасытного тела,
Снава станешь свободным, как бог, богачом.

8. В этом мире ты умным слывешь? Ну и что?
Всем пример и совет подаешь? Ну и что?
До ста лет ты намерен дожить? Допускаю.
Может быть, до двухсот доживешь. Ну и что?

9. Двести лет проживешь или тысячу лет – 
Всё равно попадешь муравьям на обед. 
В шелк одет или в жалкие тряпки одет, 
Падишах или пьяница – разницы нет!

10. Семь небес или восемь? По-разному врут. 
Важно то, что меня они в прах разотрут. 
И какая мне разница: черви в могиле
Или волки в степи мое тело сожрут?

11. Встань и полную чашу налей поутру,
Не горюй о неправде, царящей в миру.
Если б в мире законом была справедливость –
Ты бы не был последним на этом пиру.

12. Мы источник веселья – и скорби рудник,
Мы вместилище скверны – и чистый родник.
Человек, словно в зеркале мир, многолик.
Он ничтожен – и он же безмерно велик.

13. В этом мире на каждом шагу – западня.
Я по собственной воле не прожил и дня.
За меня в небесах принимают решенья,
А потом бунтарем называют меня!

14. Не молящимся грешником надобно быть –
Веселящимся грешником надобно быть.
Так как жизнь драгоценная кончится скоро –
Шутником и насмешником надобно быть.

15. Над Землею сверкает небесный Телец.
Скрыл  другого тельца под землею творец.
Что ж мы видим на пастбище между тельцами?
Миллионы безмозглых ослов и овец!

16. «Ад и рай – в небесах», – утверждают ханжи. 
Я, в себя заглянув, убедился во лжи: 
Ад и рай – не круги во дворце мирозданья, 
Ад и рай – это две половины души.

17. Каждый молится богу на собственный лад.
Всем нам хочется в рай и не хочется в ад.
Лишь мудрец, постигающий замысел божий,
Адских мук не страшится и раю не рад.

18. Если есть у тебя для жилья закуток –
В наше подлое время – и хлеба кусок,
Если ты никому не слуга, не хозяин –
Счастлив ты и воистину духом высок.

19. Беспощадна судьба, наши планы круша. 
Час настанет – и тело покинет душа. 
Не спеши, посиди на траве, под которой 
Скоро будешь лежать, никуда не спеша.

20. За страданья свои небеса не кляни.
На могилы друзей без рыданья взгляни.
Оцени мимолетное это мгновенье,
Не гляди на вчерашний и завтрашний дни.

21. Я нигде преклонить головы не могу.
Верить в мир замогильный – увы! – не могу.
Верить в то, что, истлевши, восстану из праха
Хоть бы стеблем зеленой травы, – не могу.

22. Жизнь – пустыня, по ней мы бредем нагишом.
Смертный, полный гордыни, ты просто смешон!
Ты для каждого шага находишь причину –
Между тем он давно в небесах предрешен.

23. Удивленья достойны поступки творца!
Переполнены горечью наши сердца,
Мы уходим из этого мира, не зная
Ни начала, ни смысла его, ни конца.

24. Даже самые светлые в мире умы
Не смогли разогнать окружающей тьмы.
Рассказали нам несколько сказочек на ночь –
И отправились, мудрые, спать, как и мы.

25. Тот усердствует слишком, кричит: «Это – я!»
В кошельке золотишком бренчит: «Это – я!»
Но едва лишь успеет наладить делишки –
Смерть в окно к хвастунишке стучит: «Это – я!»

26. Если все государства, вблизи и вдали,
Покоренные, будут валяться в пыли –
Ты не станешь, великий владыка, бессмертным.
Твой удел невелик: три аршина земли.

27. И пылинка – живою частицей была,
Черным локоном, длинной ресницей была.
Пыль с лица вытирай осторожно и нежно:
Пыль, возможно, Зухрой яснолицей была!

28. Я однажды кувшин говорящий купил.
«Был я шахом!» – кувшин безутешно вопил. –
Стал я прахом. Гончар меня вызвал из праха –
Сделал бывшего шаха утехой кутил».

29. Этот старый кувшин на столе бедняка
Был всесильным везиром в былые века.
Эта чаша, которую держит рука, –
Грудь умершей красавицы или щека...

30. Был ли в самом начале у мира исток?
Вот загадка, которую задал нам бог.
Мудрецы толковали о ней, как хотели, –
Ни один разгадать ее толком не смог.

31. В колыбели – младенец, покойник – в гробу:
Вот и всё, что известно про нашу судьбу.
Выпей чашу до дна и не спрашивай много:
Господин не откроет секрета рабу.

32. Я познание сделал своим ремеслом,
Я знаком с высшей правдой и с низменным злом.
Все тугие узлы я распутал на свете,
Кроме смерти, завязанной мертвым узлом.

33. Не оплакивай, смертный, вчерашних потерь,
Дел вчерашних сегодняшней меркой не мерь,
Ни былой, ни грядущей минуте не верь,
Верь минуте текущей – будь счастлив теперь!

34. Месяца месяцами сменялись до нас,
Мудрецы мудрецами сменялись до нас.
Эти мертвые камни у нас под ногами
Прежде были зрачками пленительных глаз.

35. Ты едва ли былых мудрецов превзойдешь,
Вечной тайны разгадку едва ли найдешь.
Чем не рай тебе – эта лужайка земная?
После смерти едва ли в другой попадешь...

36. Знай, рожденный в рубашке любимец судьбы:
Твой шатер подпирают гнилые столбы.
Если плотью душа, как палаткой, укрыта –
Берегись, ибо колья палатки слабы!

37. Те, кто веруют слепо, – пути не найдут.
Тех, кто мыслит, – сомнения вечно гнетут.
Опасаюсь, что голос раздастся, однажды:
«О невежды! Дорога не там и не тут!»

38. Лучше впасть в нищету, голодать или красть,
Чем в число блюдолизов презренных попасть.
Лучше кости глодать, чем прельститься сластями
За столом у мерзавцев, имеющих власть.

39. Если труженик, в поте лица своего
Добывающий хлеб, не стяжал ничего –
Почему он ничтожеству кланяться должен
Или даже тому, кто не хуже его?

40. Вижу смутную землю – обитель скорбей,
Вижу смертных, спешащих к могиле своей,
Вижу славных царей, луноликих красавиц,
Отблиставших и ставших добычей червей.

41. Не одерживал смертный над небом побед.
Всех подряд пожирает земля-людоед.
Ты пока еще цел? И бахвалишься этим?
Погоди: попадешь муравьям на обед!

42. В поднебесье светил ослепительных тьма,
Помыкая тобою, блуждает сама.
О мудрец! Заблуждаясь, в сомненьях теряясь,
Не теряй путеводную нитку ума!

43. Так как истина вечно уходит из рук –
Не пытайся понять непонятное, друг,
Чашу в руки бери, оставайся невеждой,
Нету смысла, поверь, в изученье наук!

44. Нет ни рая, ни ада, о сердце мое!
Нет из мрака возврата, о сердце мое!
И не надо надеяться, о мое сердце!
И бояться не надо, о сердце мое!

45. Когда с телом душа распростится, скорбя,
Кирпичами из глины придавят тебя
И бездушное, ставшее глиною, тело
Пустят в дело, столетие погодя.

46. Тот, кто следует разуму, – доит быка,
Умник будет в убытке наверняка!
В наше время доходней валять дурака,
Ибо разум сегодня в цене чеснока.

47. Здесь владыки блистали в парче и в шелку,
К ним гонцы подлетали на полном скаку.
Где всё это? В зубчатых развалинах башни
Сиротливо кукушка кукует: «Ку-ку»…

48. Этот старый дворец называется – мир,
Этот царский, царями покинутый пир.
Белый полдень сменяется полночью черной,
Превращается в прах за кумиром кумир.

49. Если низменной похоти станешь рабом –
Будешь в старости пуст, как покинутый дом.
Оглянись на себя и подумай о том,
Кто ты есть, где ты есть и – куда же потом?

50. В прах судьбою растертые видятся мне,
Под землей распростертые видятся мне.
Сколько я ни вперяюсь во мрак запредельный:
Только мертвые, мертвые видятся мне…

51. Вижу: птица сидит на стене городской,
Держит череп в когтях, повторяет с тоской:
«Шах великий! Где войск твоих трубные клики?
Где твоих барабанов тожественный бой?»

52. Я вчера наблюдал, как вращается круг,
Как спокойно, не помня чинов и заслуг,
Лепит чаши гончар из голов и из рук,
Из великих царей и последних пьянчуг.

53. Эй, гончар! И доколе ты будешь, злодей,
Издеваться над глиной, над прахом людей?
Ты, я вижу, ладонь самого Фаридуна
Положил в колесо. Ты – безумец, ей-ей!

54. Я кувшин что есть силы об камень хватил.
В этот вечер я лишнего, видно, хватил.
«О несчастный! – кувшин возопил. – И с тобою
Точно так же поступят, как ты поступил!»

55. Слышал я: под ударами гончара
Глина тайны свои выдавать начала:
«Не топчи меня! – глина ему говорила, –
Я сама человеком была лишь вчера».

56. Поглядите на мастера глиняных дел:
Месит глину прилежно, умен и умел.
Приглядитесь внимательней: мастер – безумен,
Ибо это не глина, а месиво тел!

57. Сей кувшин, принесенный из погребка,
Был влюбленным красавцем в былые века.
Это вовсе не ручка на горле кувшинном –
А обвившая шею любимой рука.

58. На зеленых коврах хорасанских полей
Вырастают тюльпаны из крови царей,
Вырастают фиалки из праха красавиц,
Из пленительных родинок между бровей…

59. В этой тленной Вселенной в положенный срок
Превращаются в прах человек и цветок.
Кабы прах испарялся у нас из-под ног –
С неба лился б на землю кровавый поток!

60. По утру просыпается роза моя,
На ветру распускается роза моя.
О жестокое небо! Едва распустилась –
Как уже осыпается роза моя.

61. Половина друзей моих погребена.
Всем судьбой уготована участь одна.
Вместе пившие с нами на празднике жизни
Раньше нас свою чашу испили до дна.

62. Книга жизни моей перелистана – жаль!
От весны, от веселья осталась печаль.
Юность – птица: не помню, когда прилетела
И когда унеслась, легкокрылая, в даль.

63. Мастер, шьющий палатки из шелка ума,
И тебя не минует внезапная тьма.
О Хайям! Оборвется непрочная нитка.
Жизнь твоя на толкучке пойдет задарма.

64. Мы – послушные куклы в руках у творца! 
Это сказано мною не ради словца. 
Нас по сцене всевышний на ниточках водит 
И пихает в сундук, доведя до конца.

65. Даже гений – творенья венец и краса –
Путь земной совершает за четверть часа.
Но в кармане земли и в подоле у неба
Живы люди – покуда стоят небеса!

66. Люди тлеют в могилах, ничем становясь.
Распадается атомов тесная связь.
Что же это за влага хмельная, которой
Опоила их жизнь и повергнула в грязь?

67. Я спустился однажды в гончарный подвал,
Там над глиной гончар, как всегда, колдовал.
Мне внезапно открылось: прекрасную чашу
Он из праха отца моего создавал!

68. В детстве ходим за истиной к учителям,
После – ходят за истиной к нашим дверям.
Где же истина? Мы появились из капли.
Станем – ветром. Вот смысл этой сказки, Хайям!

69. О невежды! Наш облик телесный – ничто,
Да и весь этот мир поднебесный – ничто.
Веселитесь же, тленные пленники мига,
Ибо миг в этой камере тесной – ничто!

70. Всё, что в мире нам радует взоры, – ничто.
Все стремления наши и споры – ничто.
Все вершины Земли, все просторы – ничто.
Всё, что мы волочем в свои норы, – ничто.

71. Что есть счастье? Ничтожная малость. Ничто.
Что от прожитой жизни осталось? Ничто.
Был я жарко пылавшей свечой наслажденья.
Всё, казалось, – мое. Оказалось – ничто.

72. Вот  беспечный гуляка, хмельной ветрогон:
Деньги, истину, жизнь – всё поставит на кон!
Шариат и Коран – для него не закон.
Кто на свете, скажите, отважней, чем он?

73. В божий храм не пускайте меня на порог. 
Я – безбожник. Таким сотворил меня бог. 
Я подобен блуднице, чья вера – порок. 
Рады б грешники в рай – да не знают дорог.

74. Этот мир – эти горы, долины, моря –
Как волшебный фонарь. Словно лампа – заря.
Жизнь твоя – на стекло нанесенный рисунок,
Неподвижно застывший внутри фонаря.

75. Ты не очень-то щедр, всемогущий творец:
Сколько в мире тобою разбитых сердец!
Губ рубиновых, мускусных локонов сколько
Ты, как скряга, упрятал в бездонный ларец!

76. Вместо Солнца весь мир озарить – не могу,
В тайну сущего дверь отворить – не могу.
В море мыслей нашел я жемчужину смысла,
Но от страха ее просверлить не могу.

77. Ухожу, ибо в этой обители бед
Ничего постоянного, прочного нет.
Пусть смеется лишь тот уходящему вслед,
Кто прожить собирается тысячу лет.

78. Так как собственной смерти отсрочить нельзя,
Так как свыше указана смертным стезя,
Так как вечные вещи не слепишь из глины –
То и плакать об этом не стоит, друзья!

79. Мы источник веселья – и скорби рудник, 
Мы вместилище скверны – и чистый родник. 
Человек, словно в зеркале мир – многолик: 
Он ничтожен – и он же безмерно велик.

80. Ты не волен в желаньях своих и делах?
Всё равно будь доволен: так хочет аллах!
Следуй разуму: помни, что бренное тело –
Только искра, и капля, и ветер, и прах…

81. Веселись! Ибо нас не спросили вчера.
Эту кашу без нас заварили вчера.
Мы не сами грешили и пили вчера –
Всё за нас в небесах предрешили вчера.

82. Бренность мира узрев, горевать погоди!
Верь: недаром колотится сердце в груди.
Не горюй о минувшем: что было – то сплыло.
Не горюй о грядущем: туман впереди.

83. В этом замкнутом круге – крути не крути –
Не удастся конца и начала найти.
Наша роль в этом мире – прийти и уйти.
Кто нам скажет о цели, о смысле пути?

84. Отчего всемогущий творец наших тел 
Даровать нам бессмертия не захотел?
Если мы совершенны – зачем умираем? 
Если несовершенны – то кто бракодел?

85. Изваял эту чашу искусный резец
Не затем, чтоб разбил ее пьяный глупец.
Сколько светлых голов и прекрасных сердец
Между тем разбивает напрасно творец!

86. Двери в рай всемогущий господь затворил
Для того, кто из глины бутыль сотворил.
Как же быть, милосердный, с бутылью из тыквы?
Ты об этом, по-моему, не говорил!

87. Заглянуть за опущенный занавес тьмы
Неспособны бессильные наши умы.
В тот момент, когда с глаз упадает завеса,
В прах бесплотный, в ничто превращаемся мы.

88. Часть людей обольщается жизнью земной,
Часть – в мечтах обращается к жизни иной.
Смерть – стена. И при жизни никто не узнает
Высшей истины, скрытой за этой стеной.

89. Мы бродили всю жизнь по горам и долам,
Путь домой находили с грехом пополам.
Но никто из ушедших отсюда навеки
Не вернулся обратно, не встретился нам.

90. Ни от жизни моей, ни от смерти моей 
Мир богаче не стал и не станет бедней. 
Задержусь ненадолго в обители сей –  
И уйду, ничего не узнавши о ней.

91. Ты не слушай глупцов, умудренных житьем.
С молодой уроженкой Тараза вдвоем
Утешайся любовью, Хайям, и питьем,
Ибо все мы бесследно отсюда уйдем...

92. Видит бог: не пропившись, я пить перестал,
Не с ханжой согласившись, я пить перестал.
Пил – утешить хотел безутешную душу.
Всей душою влюбившись, я пить перестал.

93. Были б добрые в силе, а злые слабы –
Мы б от тяжких раздумий не хмурили лбы!
Если б в мире законом была справедливость –
Не роптали бы мы на превратность судьбы.

94. И седых стариков, и румяных юнцов – 
Всех одно ожидает в конце-то концов.
Задержаться в живых никому не удастся – 
Не помилует смерть ни детей, ни отцов.

95. Все цветы для тебя в этом мире цветут,
Но не верь никому – всё обманчиво тут.
Поколения смертных придут – и уйдут.
Рви цветы – и тебя в свое время сорвут.

96. О кумир! Я подобных тебе не встречал.
Я до встречи с тобой горевал и скучал.
Дай мне полную чарку и выпей со мною,
Пока чарок из нас не наделал гончар!

97. Мой совет: будь хмельным и влюбленным всегда.
Быть сановным и важным – не стоит труда.
Не нужны всемогущему господу-богу
Ни усы твои, друг, ни твоя борода!

98. Хорошо, если платье твое без прорех.
И о хлебе насущном подумать не грех.
А всего остального и даром не надо –
Жизнь дороже богатства и почестей всех.

99. Я страдать обречен до конца своих дней,
Ты же день ото дня веселишься сильней.
Берегись! На судьбу полагаться не вздумай:
Много хитрых уловок в запасе у ней.

100. Нищим дервишем ставши – достигнешь высот.
Сердце в кровь изодравши – достигнешь высот.
Прочь, пустые мечты о великих свершеньях!
Лишь с собой совладавши – достигнешь высот.

101. Жизнь моя тяжела: в беспорядке дела,
Ни покоя в душе, ни двора, ни кола.
Только горестей вдоволь судьба мне дала.
Что ж, Хайям, хоть за это аллаху хвала!

102. От судьбы мне всегда достаются плевки,
Жизнь слагается воле моей вопреки.
И душа собирается тело покинуть –
«Больно стены жилья, – говорит, – не крепки!»

103. Всё пройдет – и надежды зерно не взойдет,
Всё, что ты накопил, ни за грош пропадет.
Если ты не поделишься вовремя с другом –
Всё твое достоянье врагу отойдет.

104. Как нужна для жемчужины полная тьма –
Так страданья нужны для души и ума.
Ты лишился всего, и душа опустела?
Эта чаша наполнится снова сама!

105. До того, как мы чашу судьбы изопьем,
Выпьем, милая, чашу иную вдвоем.
Может статься, что сделать глотка перед смертью
Не позволит нам небо в безумье своем.

106. Из допущенных в рай и повергнутых в ад 
Никогда и никто не вернулся назад. 
Грешен ты или свят, беден или богат – 
Уходя, не надейся и ты на возврат.

107. Вот лицо мое – словно прекрасный тюльпан,
Вот мой стройный, как ствол кипарисовый, стан.
Одного, сотворенный из праха, не знаю:
Для чего этот облик мне скульптором дан?

108. Нет на свете тиранов злобней и жадней,
Чем земля и жестокое небо над ней.
Распороть бы земле ненасытное брюхо:
Сколько в нем засверкает бесценных камней!

109. Двери в этой обители: выход и вход.
Что нас ждет, кроме гибели, страха, невзгод?
Счастье? Счастлив живущий хотя бы мгновенье.
Кто совсем не родился – счастливее тот.

110. О жестокое небо, безжалостный бог!
Ты еще никогда никому не помог.
Если видишь, что сердце обуглено горем, –
Ты немедля еще добавляешь ожог.

111. Добровольно сюда не явился бы я.
И отсюда уйти не стремился бы я.
Я бы в жизни, будь воля моя, не стремился
Никуда. Никогда. Не родился бы я.

112. Я скажу по секрету тебе одному:
Смысл мучений людских недоступен уму.
Нашу глину аллах замесил на страданьях:
Мы выходим из тьмы, чтобы кануть во тьму!

113. Если гурия страстно целует в уста,
Если твой собеседник мудрее Христа,
Если лучше небесной Зухры музыкантша –
Всё не в радость, коль совесть твоя не чиста!

114. Угнетает людей небосвод-мироед:
Он ссужает их жизнью на насколько лет.
Знал бы я об условиях этих кабальных –
Предпочел бы совсем не родиться на свет!

115. Милосердия, сердце мое, не ищи.
Правды в мире, где ценят вранье, – не ищи.
Нет еще в этом мире от скорби лекарства.
Примирись – и лекарств от нее не ищи.

116. Плачет роза под прессом: «Зачем из меня
Соки жмут перегонщики, масло гоня?»
«Годы горя и слез,– соловей отвечает, –
Вот цена одного безмятежного дня!»

117. Мы уйдем без следа – ни имен, ни примет.
Этот мир простоит еще тысячи лет.
Нас и раньше тут не было – после не будет.
Ни ущерба, ни пользы от этого нет.

118. Если мельницу, баню, роскошный дворец
Получает в подарок дурак и подлец,
А достойный идет в кабалу из-за хлеба – 
Мне плевать на твою справедливость, творец!

119. Неужели таков наш ничтожный удел:
Быть рабами своих вожделеющих тел?
Ведь еще ни один из живущих на свете
Вожделений своих утолить не сумел!

120. Много ль проку в уме и усердье твоем,
Если жизнь – краткосрочный кабальный заем?
Есть ли смысл заключенным в тюрьму сокрушаться,
Что явились мы поздно и рано уйдем?

121. Если б мне всемогущество было дано –
Я бы небо такое низринул давно
И воздвиг бы другое, разумное небо,
Чтобы только достойных любило оно!

122. Плачь – не плачь, а придется и нам умереть.
Небольшое несчастье – однажды истлеть.
Горстка грязи и крови... Считай, что на свете
Нас и не было вовсе. О чем сожалеть?

123. Мы попали в сей мир, как в силок – воробей.
Мы полны беспокойства, надежд и скорбей.
В эту круглую клетку, где нету дверей,
Мы попали с тобой не по воле своей.

124. О душа! Ты меня превратила в слугу.
Я твой гнет ощущаю на каждом шагу.
Для чего я родился на свет, если в мире
Всё равно ничего изменить не могу?

125. И того, кто умен, и того, кто красив,
Небо в землю упрячет, под корень скосив.
Горе нам! Мы истлеем без пользы, без цели.
Станем бывшими мы, бытия не вкусив.

126. Долго ль спину придется мне гнуть или нет,
Скоро ль мне суждено отдохнуть или нет –
Что об этом вздыхать, если даже, вздыхая,
Я не знаю: успею вздохнуть или нет?

127. От безбожья до бога – мгновенье одно.
От нуля до итога – мгновенье одно.
Береги драгоценное это мгновенье:
Жизнь – ни мало, ни много – мгновенье одно!

128. Некто мудрый внушил задремавшему мне:
«Просыпайся, счастливым не станешь во сне.
Брось ты это занятье, подобное смерти.
После смерти, Хайям, отоспишься вполне!»

129. То, что бог нам однажды отмерил, друзья,
Увеличить нельзя и уменьшить нельзя.
Постараемся с толком истратить наличность,
На чужое не зарясь, взаймы не прося.

130. Тот, кто мир преподносит счастливчикам в дар
Остальным – за ударом наносит удар.
Не горюй, если меньше других веселился.
Будь доволен, что меньше других горевал.

131. Как прекрасны и как неизменно новы
И румянец любимой, и зелень травы!
Будь веселым и ты: не скорби о минувшем,
Не тверди, обливаясь слезами: «Увы!»

132. Рыба утку спросила: «Вернется ль вода, 
Что вчера утекла, если да, то – когда?». 
Утка ей отвечала: «Когда нас зажарят – 
Разрешит все вопросы сковорода!»

133. Всем сердечным движениям волю давай,
Сад желаний возделывать не уставай.
Звездной ночью блаженствуй на шелковой травке
На закате – ложись, на рассвете – вставай.

134. Отвори свои взоры от смены времен,
Весел будь неизменно, влюблен и хмелен.
Не нуждается небо в покорности нашей –
Лучше пылкой красавицей будь покорен!

135. Шейх блудницу стыдил: «Ты, беспутная, пьешь,
Всем желающим тело свое продаешь!»
«Я, – сказала блудница, – и вправду такая.
Тот ли ты, за кого мне себя выдаешь?»

136. Я в мечеть не за праведным словом пришел,
Не стремясь приобщиться к основам, пришел.
В прошлый раз утащил я молитвенный коврик,
Он истерся до дыр – я за новым пришел.

137. Если пост я нарушу для плотских утех –
Не подумай, что я нечестивее всех.
Просто постные дни – словно черные ночи,
А ночами грешить, как известно, не грех!

138. Благородство и подлость, отвага и страх –
Всё с рожденья заложено в наших телах.
Мы до смерти не станем ни лучше, ни хуже –
Мы такие, какими нас создал аллах!

139. Ты меня сотворил из земли и воды.
Ты – творец моей плоти, моей бороды.
Каждый умысел мой предначертан тобою.
Что мне делать? Спасибо сказать за труды?

140. В день, когда оседлали небес скакуна,
Когда дали созвездиям их имена,
Когда все наши судьбы вписали в скрижали –
Мы покорными стали. Не наша вина.

141. Много ль проку от наших молитв и кадил?
В рай лишь тот попадет, кто не в ад угодил.
Что кому на роду предначертано будет –
До начала творенья господь утвердил!

142. Мир чреват одновременно благом и злом:
Всё, что строит, – немедля пускает на слом.
Будь бесстрашен, живи настоящей минутой,
Не пекись о грядущем, не плачь о былом.

143. Кипарис языками, которых не счесть,
Не болтает. Хвала кипарису и честь!
А тому, кто одним языком обладает,
Но болтлив, – не мешало бы это учесть.

144. Муж ученый, который мудрее муллы,
Но бахвал и обманщик, – достоин хулы.
Муж, чье слово прочнее гранитной скалы, –
Выше мудрого, выше любой похвалы!

145. Чем за общее счастье без толку страдать –
Лучше счастье кому-нибудь близкому дать.
Лучше друга к себе привязать добротою,
Чем от пут человечество освобождать.

146. Хоть мудрец – не скупец и не копит добра,
Плохо в мире и мудрому без серебра.
Под забором фиалка от нищенства никнет,
А богатая роза красна и щедра!

147. Пей с достойным, который тебя не глупей
Или пей с луноликой любимой своей.
Никому не рассказывай, сколько ты выпил.
Пей с умом. Пей с разбором. Умеренно пей.

148. Много мыслей в моей голове, но увы:
Если выскажу их – не сносить головы!
Только эта бумага достойна доверья.
О друзья, недостойны доверия вы!

149. Если жизнь всё равно неизбежно пройдет –
Так пускай хоть она безмятежно пройдет!
Жизнь тебя, если будешь веселым, утешит.
Если будешь рыдать – безутешно пройдет.

150. Кто, живя на земле, не грешил? Отвечай!
Ну, а кто не грешил – разве жил? Отвечай!
Чем Ты лучше меня, если мне в наказанье
Ты ответное зло совершил? Отвечай!

151. Не моли о любви, безнадежно любя,
Не броди под окном у неверной, скорбя.
Словно нищие дервиши, будь независим –
Может статься, тогда и полюбят тебя.

152. В этом мире неверном не будь дураком:
Полагаться не вздумай на тех, кто кругом,
Трезвым оком взгляни на ближайшего друга –
Друг, возможно, окажется злейшим врагом.

153. Не завидуй тому, кто силен и богат. 
3а рассветом всегда наступает закат. 
С этой жизнью короткою, равною вздоху, 
Обращайся, как с данной тебе напрокат.

154. Смерти я не страшусь, на судьбу не ропщу,
Утешенья в надежде на рай не ищу,
Душу вечную, данную мне ненадолго,
Я без жалоб в положенный срок возвращу.

155. Тот, кто с юности верует в собственный ум,
Стал в погоне за истиной сух и угрюм.
Притязающий с детства на знание жизни,
Виноградом не став, превратился в изюм.

156. Ты при всех на меня накликаешь позор: 
Я безбожник, я пьяница, чуть ли не вор!
Я готов согласиться с твоими словами. 
Но достоин ли ты выносить приговор?

157. Если я согрешил – то не сам по себе.
Путь земной совершил я не сам по себе.
Где я был? Кто я был? Жил в потьмах, исполняя
Всё, что Он предрешил, а не сам по себе.

158. Разум мой не силен и не слишком глубок,
Чтобы замыслов божьих распутать клубок.
Я молюсь и аллаха понять не пытаюсь –
Сущность бога способен постичь только бог.

159. Ты задался вопросом: что есть Человек?
Образ божий. Но логикой бог пренебрег:
Он его извлекает на миг из пучины –
И обратно в пучину швыряет навек.

160. Согрешив, ни к чему себя адом стращать,
Стать безгрешным не надо, Хайям, обещать.
Для чего милосердному богу безгрешный?
Грешник нужен всевышнему – чтобы прощать!

161. В этом мире глупцов, подлецов, торгашей
Уши, мудрый, заткни, рот надежно зашей,
Веки плотно зажмурь – хоть немного подумай
О сохранности глаз, языка и ушей!

162. Не рыдай! Ибо нам не дано выбирать:
Плачь не плачь – а придется и нам умирать.
Глиной ставшие мудрые головы наши
Завтра будет ногами гончар попирать.

163. Знайся только с достойными дружбы людьми,
С подлецами не знайся, себя не срами.
Если подлый лекарство нальет тебе – вылей!
Если мудрый подаст тебе яду – прими!

164. Словно мячик, гонимый жестокой судьбой,
Мчись вперед, торопись под удар, на убой!
Хода этой игры не изменишь мольбой.
Знает правила тот, кто играет с тобой.
 
165. Я спросил у мудрейшего: «Что ты извлек
Из своих манускриптов?» – Мудрейший изрек:
«Счастлив тот, кто в объятьях красавицы нежной
По ночам от премудрости книжной далек!»

166. Ты, всевышний, по-моему, жаден и стар. 
Ты наносишь рабу за ударом удар. 
Рай – награда безгрешным за их послушанье. 
Дал бы что-нибудь мне не в награду, а в дар!

167. Всё, что видишь ты – видимость только одна,
Только форма – а суть никому не видна.
Смысл этих картинок понять не пытайся –
Сядь спокойно в сторонке и выпей вина!

168. Я знаю этот род напыщенных ослов:
Пусты, как барабан, но сколько громких слов! 
Они – рабы имен. Создай себе лишь имя 
И ползать пред тобой любой из них готов.

169. Чтоб мудро жизнь прожить – знать надобно немало. 
Два важных правила запомни для начала: 
Ты лучше голодай, чем что попало есть 
И лучше будь один, чем вместе с кем попало.

170. Запрет вина – закон, считающийся с тем,
Кем пьется и когда, и много ли, и с кем.
Когда соблюдены все эти оговорки –
Пить признак мудрости, а не порок совсем.

171. На чьем столе вино и сладости, и плов? 
Сырого неуча. Да, рок, увы, таков. 
Турецкие глаза, красивейшие в мире, 
Находим у кого? Обычно у рабов.

172. Откуда мы пришли? Куда свой путь вершим? 
В чем нашей жизни смысл? Он нам непостижим. 
Как много разных душ под колесом фатальным 
Сгорает в пепел, в прах. А где, скажите, дым?

Вернуться к оглавлению